23 августа в субботу поехали на Фестиваль Возрождения. Добирались долго, поскольку сначала тащились в пробке, образовавшейся по весьма банальной причине, — в силу эффекта “rubber neck” (буквально «резиновая шея», что по смыслу было бы правильнее перевести как «свернутая шея»). Зеваки замедляли ход, пытаясь разглядеть ДТП на встречной полосе и тем самым задерживая весь коллектив. Затем мы слегка промахнулись, так что пришлось возвращаться. Наконец добрались до уже забитой почти под завязку парковки.

Фестиваль проводится уже в 26 раз и представляет собой стилизованную средневековую ярмарку. Входные билеты недешевы – 18 долларов, но fun (развлекуха) окупает потери. Профессиональных актеров облекают в средневековую одежду, они не только участвуют в представлениях – танцы, состязания, шахматная игра на поле с соответственно живыми фигурами, черепашьи бега, но и выступают в роли торговцев средневековой одеждой, всяческой атрибутики и напитков, постоянно пребывая в образе.

Стилизованное представление метателей ножей

Стилизованное представление метателей ножей

Представьте себе (впрочем, вы-то можете себе представить, а мы здесь одичали, отвыкнув от нормальной жизни), что в общественном месте на глазах у детей наливают медовуху, пиво, вино! Продажа спиртного сопровождается текстом типа: «Кто следующий на пути в ад? (“Who’s next on the road to perdition?” — кстати, в Москве наверняка идет фильм с одноименным названием «The Road to Perdition» — о мафии, разумеется). «Какую отраву предпочитаете вы?» — таким текстом слов приветствовали Иру. Лене же грубо польстили: «А вы уже совершеннолетняя?» (лицам до 21 года не наливают, поэтому в очереди под палящим солнцем надо стоять в полном составе, ведь требуют предъявить личности всех пьющих, что, по русской традиции, невместно, поскольку одного гонца от всей компании на контроль не зашлешь).

Средневековые декорации основного представления - рыцарского турнира

Средневековые декорации основного представления — рыцарского турнира

Народ подъезжает в собственных средневековых костюмах – ох, и колоритно, доложу я вам. Лена познакомилась с одной пожилой парой, одетой в костюмы короля и королевы. Король практически не ходит — его тренога, позволяющая передвигаться, элегантно накрыта плащаницей с королевским гербом (главное, сердцем не стареть). Особенно привлекают дамы (хотя слово «дамы» относится к более позднему периоду): жилеты на шнуровке завязаны под грудью, а оная бугрится с такой страшной силой, что Наташа (жена корреспондента) сделала Лене замечание: «Ты смотришь на них так, как должен был бы смотреть Саша». А как же! Она моими глазами и смотрела. Выкатывались из орбит.

Вот такой женский средневековый наряд

Вот такой женский средневековый наряд

Следующий номер программы – показательное повешение и усекновение головы с демонстрацией пояса верности для женщин и пояса верности для мужчин. Последнее достижение являет собой кожаную спираль на набедренном поясе, но ее я не запечатлел, поскольку в камере, как назло, сели батарейки. Тут же желающим за 5 долларов предлагали посетить палатку с имитацией средневековых пыток типа постепенного закручивания пресса над черепом и разнообразных, на любой вкус, иных способов поиска истины.

Восточные танцы с саблями

Восточные танцы с саблями

Далее изготавливали изумительной красоты свечи: сначала остов покрывают слоями воска разного цвета, потом надрезают вдоль остова ножом и лепят разные узоры.

Средневековые танцы

Средневековые танцы

Затем тропинка уходила в закуток гаданий – гадают по руке, но преимущественно на картах Таро (их еще по весне рассылал «вашингтонский снайпер») [В октябре 2002 года в течение трёх недель некто Джон Мухаммад 23 лет и Ли Мальво 17 лет из винтовки с оптическим прицелом, прячась в багажнике автомобиля, расстреливали случайных прохожих — убили 10 и тяжело ранили 3 человек в американской столице – Прим. авт.].

Рыцарский турнир

Рыцарский турнир

И средневековый мордобой

И средневековый мордобой

Девушкам предлагали плетение кос по средневековой моде (чудо-чудесное), body painting – раскрашивание лица и тела цветными рисунками. Дети забавлялись в тире метанием ножей, топориков, стреляли из лука, метали подковы.

Средневековая одежда в стиле «Офелия» для женщин, мужская — а ля Тиль Уленшпигель. Очень много было одежды, сумок, обуви, нарукавников, головных уборов из кожи в средневековом духе, но дорого: фанаты покупают себе платье и аксессуары постепенно, в течение нескольких лет. Женщины в прикиде более косили под ведьм, а особенно выделялись на общем фоне толстухи в боевом облачении – с ножами и кружками для пива на поясе. Они вели себя с мужчинами просто: «Да подойди, потрогай (полные ноги задранного по бокам подола). Тогда все оценивали на ощупь». Очевидно, в те жизнерадостные времена признавали здоровый образ жизни, в отличие от рахитичных нынешних времен. Дурят нас, народ, на предмет мрачного средневековья – читайте «Кентерберийские рассказы» незабвенного весельчака Чосера. Кстати, и медовуха носит имя Чосера.

Я уже имел случай писать вам о том, что ни одно мероприятие «под старину» не обходится без соленых огурцов. Продавали их и на ярмарке. Со времен Кисы Воробьянинова, возмущенным «Однако!» реагировавшим на цену в пятак за пару, инфляция ушла далеко вперед: теперича выкладывай по полтора доллара за штуку! «Верх распада идейного!» (так реагировал Ленин на платформу Бухарина в дискуссии о профсоюзах).

Кузнец, стеклодув, канатоходец, фокусник, жонглер, гончар, свечного дела мастер, палач – кого только не было! Напоследок мы отправились на Mud Show – Шоу в грязи. Объявление предупреждало о возможных неприятных последствиях для участников шоу и зрителей в беспристрастных латинских терминах, суть которых сводилась к рвоте и испусканию газов. Ведущие шоу поделили публику на две команды «Троя» и «Спарта», завели ее взаимными «комплиментами» и повалялись в грязи. Поскольку зрители к 5 часам вечера уже наклюкались, то хохот стоял громовой, но «текст слов» я воспроизвести не могу – текст был хорошим, но я его запамятовал по причине общего веселья. На сей приподнятой, не побоюсь этого слова — высокой ноте мы завершили посещение ярмарки.

Завтра едем на дикий пляж у океана (Ира побожилась, что там нет спасателей и буйков – СВОБОДА!), но топать до него от стоянки 2 американских километра, или почти 4 русских мили.

Поездка на дикий пляж в парке Caumsett

Еще с месячишко мы сможем жить не только на земле, но и в воде. Правда, препятствий на пути к воде немало. В воскресенье 24 августа выдался зябкий денек (с утра на градуснике стояло +15С), а днем, божились накануне син (то бишь китайские) -оптики, будет сухо и не более +28С, поэтому мы отправились на дикий пляж в парке Caumsett, что на северном берегу Лонг-Айленда, недалеко от дачи миссии в Остербее.

Дом в парке Caumsett построен в том же стиле, что дом на даче нашего Постпредства в Ойстербее

Дом в парке Caumsett построен в том же стиле, что дом на даче нашего Постпредства в Ойстербее

Для посещения данного пляжа требовался прохладный денек, поскольку брести с полной пляжной выкладкой от парковки до вожделенной кромки воды предстояло 2 мили. Отсюда, при выборе достижений цивилизации соблюдался принцип «не навреди» телу и духу – походный гриль и уголь остались дома, взяли одно кресло вместо четырех, один зонт вместо трех, только святые статьи — «Пиво» и «Рыболовные снасти» — не подверглись пересмотру в сторону изъятий: духовные радости в нашей компании обладают явным приоритетом перед телесными.

Однако путь наш не только до кромки воды, но и до парковки в парке был тернистым. К середине второго пляжного сезона система организации летнего досуга юридически равноправных граждан США вполне вырисовалась. Спасатели с присущими им свистками и неотъемлемыми буйками – атрибут общественного, то бишь общедоступного пляжа, который доступно посещают не умеющие плавать латиносы и чернокожие по 5-8 долларов за парковку машины.

Богатеи вступают в члены яхт-клубов и закрытых парков за крутые деньги. А куды ж нам, бедным госслужащим, не-мэмберам (в смысле не-членам), податься? Нам в миссии еще в прошлом году выдали пропуск на пляж зажиточного района на южном берегу Лонг-Айленда, где мы были с Ираидой Ивановной. На пляже – одни белые, спасатели есть, но особо не лютуют. Даже пляжи для белой кости и те не оборудованы кабинками с душем или кабинками для переодевания: сменить одежду можно лишь в туалете. Подчеркиваю данный момент, поскольку я из Интернета скачал прелестную заметку о жалобах американцев на русских туристов, которые переодеваются на пляже, завернувшись в полотенце – этим они, видите ли, сами унижают свое достоинство. А переодеваться в общественном туалете в антисанитарных условиях – очень достойно?

Средний класс устроил себе резервации: в зажиточных районах в летний сезон парками и пляжами данного района имеют право пользоваться только его жители. Эти «зоны отдыха особо трудящихся» помечены на картах, но никаких указателей на подъезде к ним нет. Свои знают, а чужих не привечают, потому мы и проплутали в поисках озера Candlewood Lake в Коннектикуте.

На этот раз мы собрались в такой же замаскированный парк с пляжем. Ехать предстояло около 40 миль. По дороге «на ярмарку» вели заумные разговоры о фильмах, текущем политическом моменте и литературе, вспоминали Фестиваль Возрождения. Пока плутали, сделав круг уже на подступах, заехали в местное рыбоводческое хозяйство. Власти Лонг-Айленда открыли его в 1883 году и сначала разводили морскую рыбу, потом в 1920-х годах осознали бесполезность своих усилий и переключились на разведение пресноводных.

Рыбоводческая ферма

Рыбоводческая ферма

Сейчас хозяйство выполняет функцию музея и образовательного центра, поскольку власти штата Нью-Йорк выстроили новые мощности на севере у Пальчиковых озер (Finger Lakes), ближе к канадской границе. Оттуда, с севера, рыба идет вниз по рекам и озерам. Разводят рыбу искусственным способом (потомство зачато «без любви»).

При рыбхозяйстве небольшой аквариум и террариум с лягушками, рыбами, черепахами, саламандрами, змеями. Все зверье вело себя чинно и благопристойно, за исключением черепах. Мы привыкли считать их хладнокровными и флегматичными, но как же мы ошибались! Фейерверк резвости и страстей! В воде они чрезвычайно подвижны и выражают целую гамму эмоций.

Основной инстинкт

Основной инстинкт

Мы попали как раз в брачный период (он у них по осени), но активность проявлял лишь один шустрый черепашонок, который терроризировал весь террариум. Соперников (2 штуки) загнал под кормушку, так что носа не высунешь (тут же получишь по зубам – в буквальном смысле), из 4 самок половина (это 2 штуки) забралась от его гнусных домогательств повыше на ветку над водой. Уж пересохли без воды, цепляются за ветку из последних сил, но не спускаются: зыркнут вниз, убедятся, что он неистово мечется по террариуму, и дальше сидят, втянув башку от ужаса. Остальные две не очень стойко защищали свою девичью честь: отбрыкивались, огрызались, давали ему пинка, но не хотели совсем вылезать из воды, а он был неумолим и неутомимо стаскивал их в воду, где лез на них. Мы постановили к весне зайти принять выкалупывание: как никак несем ответственность – со свечой стояли.

Рыбхозяйство расположено у небольшой речушки, на которой стояла водяная мельница – остался лишь каскад воды. Поднялись повыше – а там лебединое озеро (с утиным и гусиным), на берегу аккуратная церквушки и живописные берега со склоненными над водой ивами.

Вид на залив из парка Caumsett

Вид на залив из парка Caumsett

Захорошело на душе, возник соблазн остаться на озерце, но волевым решением поехали снова по кругу искать парк. Только встали на генеральную линию, как на обочине появилось самодельное объявление «SALE» с указательной стрелкой. Yardsale (напомню, распродажа домашнего старья по случаю переезда или более печальному) – нечто irresistible (отказаться невозможно). Интересно посмотреть (нам, чужеземцам тем более), чем люди жили. Решили заехать. Учитывая, что дома богатые (значит, цены аховые), задачу поставили скромную – посмотреть дом, заплакать и уйти. Проехав мимо указателя на парк (наконец-то нашли единственный указатель – вывеска при въезде в сам парк), проследовали по самодельным стрелкам. В лесном массиве, в гуще деревьев стояли дома без заборов. Распродажа проводилась в доме довольно скромном (дом напротив напоминал по архитектуре крымский санаторий, дом справа архитектурными излишествами не отличался, но на площадке перед домом стояли два белых лощеных Роллс-ройса времен Вандербильдихи). Дом, в котором объявили sale, принадлежал старушке, так что были выставлены отрезы тканей, театральные сумки, домашняя утварь и посуда, книги (много поваренных), картинки. Каждый нашел себе какую-то мелочевку, дальняя поездка уже не казалась бесполезной (рыбхозяйство, sale, поездка по прелестным городкам острова) и вроде можно тронуться домой, но мы все-таки поехали в парк с пляжем.

Выехав из дома в 8.30, прибыли к месту назначения около 14.00. Прошагали по парку 2 мили (право проехать на пляж на машине имеют только мэмберы), проявив завидное мужество и не облегчив поклажу, а заодно и свою участь, истреблением пива. Место действительно дикое, красивое, но залив – он и есть залив.

Место дикое, но красивое

Место дикое, но красивое

Вода мутная, с водорослями, а самое поганое в том, что висела табличка «Купаться запрещено» — приехали! Конечно же, купались, я и Женя (корреспондент) ловили рыбу,

Рыбалка на Лонг Айленде

Рыбалка на Лонг Айленде

но вытаскивали водоросли,

Не клюет

Не клюет

дамы набрали кучу необычных камней, а Ира презентовала нам с Леной панцирь краба-подковы (horse-shoe crab), похожий на немецкую каску. Лена нашла черный камень в форме сердца с белыми прожилками, а я нашел белый камень в форме сердца с черными разводами – этими находками мы и удовлетворились. Жене повезло меньше – Наташа отвечает в нашем японском садике на бэкъярде за камни (наша с Леной лепта – растения), так что для Жени поход под горку с пивом оказался легкой прогулкой по сравнению с обратным путем в горку с Наташиными трофеями – но не беда, ведь в нашей компании духовное важнее телесного.

В начале шестого тронулись в обратную дорогу с пляжа, снова отмахали 2 мили до машины,

Дорога с пляжа

Дорога с пляжа

потом в машине до дома в пробке тащились до 20.00. По дороге «с ярмарки» — все речи возвращались к одной теме — предстоящего ужина. Женя, прослушав мою пламенную речь в защиту вареной картошки со шпротами, отметил, что каждый несет в душе свою картошку со шпротами.

Редко мы так уставали, так что поели картошки с огурцами и помидорами со своего огорода (в этом году урожай у нас рекордный).

Помидорные рекорды побиты

Помидорные рекорды побиты

Банку со шпротами решили не открывать (шпроты предполагали посиделки) и в 22.00 завалились спать.

Продолжение следует

image_pdfСохрани себеimage_printПечать
0

Автор публикации

не в сети 4 месяца

Alexander Ananiev

10
Комментарии: 0Публикации: 24Регистрация: 18-01-2022